Юки Аой, студентка третьего курса художественного колледжа, привыкла к одиночеству. Её мир — это мольберт, запах масляных красок и тишина мастерской, где она допоздна заканчивает дипломную серию портретов. Единственное, что нарушает её затворничество, — странный ритуал с гаданием на ромашке. Каждое утро, выходя из общежития, она срывает лепесток и шепчет: «Любит — не любит». Это безобидная игра, способ успокоить тревогу перед новым днём. Но однажды её замечает Рёсукэ Татибана, популярный и дерзкий парень с факультета дизайна, известный своими эпатажными выходками. Он не просто смеётся над её привычкой — он решает превратить её в искусство. Рёсукэ предлагает Юки сделку: он станет её музой для дипломной работы, а она — объектом его нового перформанса под названием «Игра в лепестки». Каждый день он будет дарить ей по одной ромашке, и по количеству лепестков она должна угадать, что он чувствует на самом деле. Юки соглашается, думая, что это просто творческий эксперимент. Но чем больше времени она проводит с Рёсукэ, тем сильнее стирается грань между искусством и реальностью. Его прикосновения, когда он поправляет ей волосы для наброска, его смех, когда она путает лепестки, — всё это начинает отзываться в её сердце чем-то большим, чем просто вдохновение.
Однако у этой игры есть тёмная сторона. Рёсукэ скрывает, что его перформанс — не просто каприз, а способ справиться с травмой прошлого: его старшая сестра, талантливая художница, покончила с собой ровно год назад, оставив после себя лишь незаконченную картину с ромашковым полем. Юки, сама того не зная, становится для него отражением той боли, которую он пытается переписать. Когда она случайно находит в его мастерской старый дневник сестры, правда выходит наружу. Чувствуя себя использованной, Юки сбегает, уничтожая все свои портреты Рёсукэ. Но он не отступает. В финальной сцене, под проливным дождём, он приносит ей последнюю ромашку — с одним единственным лепестком. «Это не игра, — говорит он. — Это ответ». Юки срывает лепесток, и в этот момент понимает: гадание никогда не было про «любит или нет». Оно было про то, готова ли она рискнуть, поверив в чудо, даже если оно пахнет горечью утраты. Их поцелуй под дождём становится не хэппи-эндом, а началом долгого исцеления, где каждый новый лепесток — это шаг навстречу друг другу, а не вопрос без ответа.
