Третий сезон ONA застает Рэцуко в непривычной для нее ситуации — она наконец-то получает повышение и становится начальником отдела. Казалось бы, вот оно, счастье карьеристки, но реальность оказывается куда более вязкой и токсичной. Вместо долгожданного уважения и власти она сталкивается с пассивной агрессией подчиненных, саботажем со стороны коллег-мужчин, которые не могут смириться с тем, что ими командует женщина, и с новой волной внутреннего давления. Рэцуко пытается играть по правилам «хорошего босса», сдерживая свои привычные вспышки гнева, но это приводит лишь к психосоматике и приступам бешенства, которые она вынуждена выплескивать в одиночестве в туалетной кабинке. Параллельно на работе появляется стажерка, идеальная «офисная леди» с вечной улыбкой, которая на деле оказывается еще более циничным и расчетливым манипулятором, чем сама Рэцуко. Эта девушка быстро завоевывает доверие начальства, используя те самые женские уловки, которые Рэцуко всю жизнь презирала, и начинает методично подсиживать ее, превращая офис в поле битвы характеров.
В личной жизни Рэцуко тоже не находит покоя. Ее роман с Мацуо, который в прошлом сезоне казался спасительным глотком воздуха, начинает трещать по швам. Мацуо, уставший от ее вечной агрессии и неспособности расслабиться, все чаще задерживается на работе и избегает встреч. В отчаянной попытке удержать его Рэцуко решает кардинально измениться: она записывается на курсы женственности, покупает розовые платья и учится говорить тихим голосом. Результат оказывается катастрофическим — она выглядит нелепо, теряет уважение даже тех немногих коллег, которые ее боялись, и в итоге срывается на корпоративе, устроив разнос всему начальству в стиле старой доброй «агрессивной Рэцуко». Этот срыв неожиданно приносит ей не увольнение, а странное признание: высшее руководство, впечатленное ее «искренностью», переводит ее в кризисный отдел, где ее ярость наконец-то находит легальное применение. Третий сезон заканчивается на горько-ироничной ноте: Рэцуко понимает, что попытки стать «нормальной» разрушают ее, а единственный способ выжить в этом мире — принять свою агрессию как инструмент, а не как проклятие.
